RSS

Отпустили

Двое ухтинцев, задержанные по подозрению в поджоге торгового центра «Пассаж», освобождены из-под стражи

Мама одного из задержанных по подозрению в поджоге торгового центра «Пассаж» – Данилы Стоянова – до последнего момента не верила в то, что ее сына освободят.

Мама одного из задержанных по подозрению в поджоге торгового центра «Пассаж» – Данилы Стоянова – до последнего момента не верила в то, что ее сына освободят.

В прошлую пятницу, 22 июля, после пяти вечера из-под стражи были освобождены двое ухтинцев, подозревавшихся в поджоге торгового центра «Пассаж» («ЗЖ», 18 июля). Продержав 23-летних Данилу Стоянова и Александра Булдакова в ИВС ухтинского УВД в течение 10 дней, отведенных законом для составления обвинительного заключения, правоохранители так и не нашли серьезного повода перевести молодых людей в СИЗО уже в качестве подследственных. 22 июля решения прокурорского начальства республики и Ухты вместе с родителями задержанных и их адвокатами ожидал весь день в «индустриальной столице» Коми и корреспондент «ЗЖ». Судя по некоторым признакам, фактическое признание непричастности г-д Стоянова и Булдакова к поджогу далось этому начальству нелегко.

Пожар, случившийся 11 июля в ухтинском торговом центре «Пассаж», унес жизни 25 человек. Непосредственно в день трагедии погибли 24 человека, еще одна женщина, получившая ожоги 80% тела, скончалась в прошлый четверг, 21 июля, в реанимационном отделении ухтинской больницы. Как сообщала «ЗЖ» в прошлом номере, по подозрению в совершении поджога 12 июля были задержаны два молодых сотрудника салона «Сотовик», располагавшегося на первом этаже сгоревшего здания. Пожар застал их во время перекура у одного из двух эвакуационных выходов «Пассажа», и оба, как рассказали их родители корреспонденту «ЗЖ» спустя три дня после трагедии, спасали товар «Сотовика» и помогали пожарным выносить трупы. На следующий после пожара день, во вторник вечером, их задержали. В квартирах молодых людей провели обыски, в ходе которых были изъяты и отправлены в Москву на экспертизу горючие жидкости бытового назначения. В четверг, 14 июля, когда истекли 48 часов, в течение которых задержанные могли находиться под стражей без судебного постановления, ухтинский суд продлил задержание еще на 72 часа. Ходатайствовал об этом старший следователь по особо важным делам Прокуратуры РК Александр Баранов, возглавивший созданную для расследования преступления группу сотрудников ухтинской прокуратуры. Прислушавшийся к ходатайству суд вынес соответствующие постановления, в которых заключение Александра Булдакова и Данилы Стоянова под стражу обосновывалось тем, что каждый из них, «находясь на свободе, может помешать установлению истины по делу, уничтожив доказательства, скрывшись от органов следствия».

Эта фотография была опубликована в прошлом номере «ЗЖ». Теперь уже можно сказать, что на ней запечатлены в день своего ареста Данила Стоянов и Александр Булдаков.

   

К моменту, когда истекли 72 часа, страна, благодаря федеральным СМИ, уже знала имена задержанных, а вменить им что-нибудь в вину, кроме, по выражению прокурора РК Виктора Ковалевского, «неадекватного поведения» во время пожара, прокуратура все еще не могла. Тогда срок содержания Данилы Стоянова и Александра Булдакова под стражей был продлен еще на 5 дней. За этот срок задержанных следовало либо обвинить в причастности к поджогу, либо отпустить – по закону, в случае отсутствия обвинительного заключения арест не может длиться дольше 10 суток.

10 суток заканчивались в пятницу, 22 июля. С утра исход дня был совершенно неясен. Еще на подъезде к Ухте, в половине одиннадцатого утра, корреспондент «ЗЖ» позвонил адвокату г-на Стоянова Геннадию Огороднику (защитников для своих задержанных сотрудников нанял «Сотовик»). Тот сказал, что никаких известий из прокуратуры – будут освобождать или нет – ему не поступало. Родители задержанных также ничего не знали, но были готовы и к худшему. Мать одного из арестованных, Марина Стоянова, уже вечером после освобождения сына призналась: будучи поначалу уверенной, что невиновных наказывать не станут, пару дней назад запаниковала – «думала, что их будут добивать до конца». В такой исход вполне можно было поверить, учитывая резонансность дела, отказ многих адвокатов браться за него, отсутствие у следствия других достойных задержания объектов.

В прокуратуре Ухты в 11 утра обстановка была нервозная. Руководитель следственной группы Александр Баранов на вопрос, будет ли предъявлено задержанным обвинение, а если нет, то когда их отпустят, отвечать отказался, переадресовав корреспондента «ЗЖ» к прокурору города Николаю Санаеву. Тот, в свою очередь, назидательным тоном сказал, что за разрешением на получение информации от следователя следует обращаться к прокурору республики, который в тот момент проводил беседу в его кабинете. Спустя время г-н Санаев сам заглянул к г-ну Ковалевскому, а выйдя, сообщил – прокурор разрешения на разговор со следователем не дает, но готов сам ответить на поставленные вопросы.

Ответы г-на Ковалевского корреспонденту «ЗЖ» конкретностью не отличались. Сказав, что вопрос об освобождении задержанных или их обвинении решится в течение дня, прокурор РК сообщил, что «есть успехи в отработке других подозреваемых», круг которых «небольшой» (подробнее об этом – в материале на 7 стр.). Успехами прокурор делиться не стал – «всю работу оперативную могу перечеркнуть». Сообщив, что результатов химической экспертизы горючих жидкостей, примененных в «Пассаже» и изъятых из квартир задержанных ухтинцев, все еще нет, Виктор Ковалевский прокомментировал упорное отрицание подозреваемыми своей вины:

– Ну, кто вот сознается, скажи пожалуйста! Может, такого результата даже не ждали. Хотели, возможно, попугать, а вон сколько жертв!

– Если задержанные будут освобождены, им следует ожидать извинений от правоохранительных органов?

– Конечно. Почему нет?.. Да не надо из них героев делать! Мы же не первого попавшегося схватили. Ничего подобного. Прежде чем решить вопрос о задержании, мы же отсеивали, думали.

– Сообщалось о том, что их задержали из-за неадекватного поведения на пожаре...

– Это я сказал, понимаете? О неадекватном поведении. Ну, не могу я сказать другого! Не могу назвать оснований для их задержания. Все делалось на основании материалов, которые имеются в деле. Это и поведение в ситуации на пожаре. И не только поведение. Были основания, еще раз повторяю, были.

– И все-таки – в чем конкретно выражалось неадекватное поведение?

– Не скажу. Этим я раскрою следственную тайну. Все потом. Все будет вам доложено...

В обед корреспондент «ЗЖ» побеседовал с адвокатом Данилы Стоянова. Г-н Огородник все еще не имел вестей из прокуратуры, и это косвенно указывало на предстоящее освобождение задержанных сотрудников «Сотовика». Г-н Огородник пояснил, что с обвинительным заключением задержанного знакомят не иначе как в присутствии его адвоката, с которым время процедуры согласовывается заблаговременно. Поскольку согласования все не было, а срок содержания г-на Стоянова близился к концу, можно было сделать вывод о высокой вероятности освобождения.

Геннадий Огородник особо отметил, что за всю свою 30-летнюю практику не припомнит случая, чтобы так долго тянули с предъявлением обвинения. Избранную меру пресечения он обозначил как чрезмерную, а основания для ареста – загадочными. По мнению адвоката, следствие могло изолировать подозреваемых, посадив их под домашний арест – законом такая мера пресечения предусмотрена. Говоря же об основаниях для водворения под стражу, г-н Огородник резонно заметил, что у молодых людей были целые сутки для того, чтобы «уничтожить доказательства и скрыться от следствия». Вопрос об основаниях он задавал следователю – тот интерес адвоката не удовлетворил, сославшись на тайну следствия. По поводу неадекватности поведения задержанных во время пожара г-н Огородник выразил недоумение: «Что вообще понимать под неадекватностью поведения?.. На пожаре у каждого своя реакция, и любая может восприниматься как неадекватная...»

Геннадий Огородник подчеркнул, что из допрошенных по делу 150 человек никто не дал показаний против задержанных. Напомнив также, что в деле с самого начала фигуририровали в качестве возможных поджигателей два неустановленных подростка, он сообщил между прочим, что, по неофициальной информации, в Ухте недавно были обнаружены трупы двух мальчишек...

Г-н Огородник рассказал, что его клиент на условия содержания и давление со стороны следствия не жаловался. При этом сам выдвигал следователю версии случившегося, что было расценено как попытки повлиять на ход следствия. Согласился пройти проверку на «детекторе лжи», специально доставленном из Сыктывкара, хотя и беспокоился, что из-за «стрессовой» каши в голове результаты тестирования могут оказаться не в его пользу. Г-н Огородник сказал также, что вопрос о возмещении морального ущерба в случае освобождения его клиента «обсуждался, но оставлен на потом»...

Около трех дня Марина Стоянова сообщила по телефону: в теленовостях прошло сообщение о задержании в Ухте пятерых человек, предположительно причастных к поджогу «Пассажа». В это время в горпрокуратуре в кабинете г-на Санаева шло совещание, на котором, вероятно, решалась дальнейшая судьба двух задержанных сотрудников «Сотовика». Пока г-да Ковалевский и Санаев совещались, корреспондент «ЗЖ» заглянул в кабинет к г-ну Баранову, где вновь услышал отказ в предоставлении информации. В пятом часу от г-на Санаева поступило приглашение пройти с ним к прокурору республики. В присутствии прокурора города с г-м Ковалевским состоялся непродолжительный и немного странный разговор.

– Решение по задержанным принято?

– Принято оно или не принято, до 20.00 мы можем принимать любое решение. В восемь часов у обоих кончается срок задержания. Но следователь сам принимает решение о времени освобождения.

– Если я сейчас подойду к следователю Баранову, могу, сославшись на вас, узнать о его решении?

– Он вам ничего не скажет.

– Он ничего и не говорит. Ссылается на вас.

– Потому и не скажет.

(Вмешивается г-н Санаев). В соответствии с законом о СМИ, всю информацию дает либо прокурор, либо судья.

– В законе о средствах массовой информации такого нет.

(Снова г-н Ковалевский). Нет-нет-нет. По приказу прокурора республики решение об информировании принимают старший помощник по связям со СМИ Юрий Михайлович Князев, ну, и я.

– Скажите хотя бы, отпустят их все-таки или нет.

– Да отпустят, конечно, отпустят! Сейчас принято решение отпустить...

В завершение разговора Виктор Ковалевский прокомментировал сообщение о задержании пятерых возможных поджигателей «Пассажа»: «Да не пятеро, а четверо! И ни в коем случае не по этому делу! Не-не-не! Только не вздумайте писать так! Не по поджогу. Тут работают по всем вариантам – по оружию, по наркоте и другому. Работа проводится, чтоб очистить город...»

Данилу Стоянова и Александра Булдакова выпустили из ИВС в шестом часу вечера. Оба позвонили родителям и на такси поехали по домам. Корреспондент «ЗЖ» навестил Стояновых и, пока Данила смывал с себя камерную грязь, побеседовал с его матерью. Г-жа Стоянова, понятно, говорила о своей радости по поводу восторжествовавшей справедливости. Сказала, что претензий к следственным органам не имеет, поскольку понимает специфику этой работы: «Если есть подозрения, то версия должна отрабатываться. И то, что они были задержаны – это, может быть, и больно, но это нормально. У них не было другого выхода...» После обнародования имен задержанных каких-либо угроз от родственников погибших и пострадавших от пожара Стояновым не поступало. Напротив, как-то позвонила женщина, чья мать погибла в «Пассаже», просила держаться, говорила, что не верит, будто ребята совершили поджог. Рассказывая о тревожных днях, г-жа Стоянова с благодарностью вспоминала всех, кто их поддерживал, в том числе и руководство «Сотовика», обеспечившее адвокатское сопровождение.

Точка зрения самого Данилы Стоянова на случившееся с ним оказалась сходной с материнской. Участник чеченских событий, он был немногословен и спокоен:

– Как задерживали? Нам позвонили, мы приехали в прокуратуру и все. Сообщили, что мы задержаны. В принципе, правильно. Так и должно было быть, кого-то надо было все равно... Надо было за что-то цепляться...

– Вас не удивило, что вам не избрали мерой пресечения подписку о невыезде или домашний арест?

– А чего удивляться? Все по закону. Имеют право полное продержать до выяснения обстоятельств.

– С вами корректно обращались? Не было давления?

– Все отлично было. Все было нормально.

– Перед вами не извинились, когда отпускали?

– Просто не за что было извиняться.

– Все-таки 10 дней в не самых человеческих условиях...

– Ну, не от следователей же все зависит... Мы, уходя, сказали «Прощайте». Отпустили без всяких подписок, вчистую. Мы свободные люди. Обвинения сняты полностью.

Сказав, что возмещения морального ущерба требовать не намерен, Данила Стоянов убежал по своим делам, а корреспондент «ЗЖ» попробовал договориться о визите с отцом Александра Булдакова. Тот, извинившись, отказался – слишком сильны были переживания. Сказал только, что их семья также благодарна всем, кто ее поддерживал, а за объективность – следственному звену прокуратуры. В воскресенье, 24 июля, Георгий Булдаков позвонил в «ЗЖ» и сообщил, что их семья возмущена замалчиванием самого факта и причин освобождения Александра и Данилы. Булдаковы полагают, что извинение следователя и куцые сообщения об освобождении в СМИ неравнозначны шумихе, поднятой с подачи Прокуратуры РК по поводу задержания теперь уже бывших подозреваемых. Г-н Булдаков-старший считает, что сообщения в СМИ должны содержать информацию об их освобождении именно в связи с непричастностью к поджогу «Пассажа». Не сегодня-завтра прокурору РК будет отправлено заявление Булдаковых с требованием официальной реабилитации. В семье намерены также добиваться возмещения морального ущерба.

Андрей Влизков

Распечатать


Комментарии


Возможность размещения новых комментариев отключена!

Взгляд


Мурзилка

У начальников дележка - заработали немножко на откатах черных бонов. В телевизоре ж Микронов говорит про третий срок: мол, Беспутный дал зарок уж в начлаги не соваться; надо б с ним не соглашаться, хочет-нет - пускай идет.
Смотреть